Select a page

Blog — Mini with Both Sidebars

  • Fisker: потерят $1 млрд в погоне за Tesla

    By iVenturer on Вторник Июнь 18th, 2019
    0
    8

    Первый автомобиль компании Fisker Karma должен был стать ответом Tesla Roadster. Но плохое управление бизнесом и череда иногда комичных неудач привели к банкротству стартапа в 2013 году.

    Fisker находится на втором месте в списке самых больших стартап-фейлов в истории. Здесь можно почитать про номер один — Solyndra.

    Fikser Karma

    Fisker была основана известным автомобильным дизайнером Хенриком Фискером. В 1990-е и 2000-е годы Фискер отвечал за внешний вид таких легендарных моделей, как BMW Z8, Aston Martin DB9 и Vantage. Последним же местом работы Фискера была Tesla, где он работал над дизайном Tesla S.

    К 2007 году, когда волна моды на всё «зеленое» стала выходить на пик, Фискер решил запустить собственный автомобильный бренд. В отличие от полностью электрической Tesla, Фискер сделал ставку на гибридные двигатели.

    Начальная модель бренда — Fisker Karma — должна была стать первым серийным гибридом с возможностью самостоятельной зарядки аккумулятора (другие гибриды того времени имели аккумулятор, который заряжался только при работе двигателя внутреннего сгорания).

    При этом именитый дизайнер слабо разбирался в технических вопросах. В отсутствие производственного опыта его решением стало активное использование аутсорса.

    Фискер старался покупать на рынке всё готовое — от дверных ручек до моторов и шасси. Изначальный план подразумевал, что такой подход позволит стартапу сократить стоимость выпуска автомобиля втрое, а окупаемость бизнеса наступит уже при объёмах продаж менее чем в 20 тысяч автомобилей в год.

    Первым институциональным инвестором Fisker в конце 2007 года стал именитый венчурный фонд Kleiner Perkins. Он инвестировал в молодой стартап более $10 млн. Но помимо денег у Kleiner (на тот момент) было нечто большее: репутация одного из лучших венчурных фондов в истории.

    Инвестировавший до этого на ранних стадиях в Amazon, Netscape и Google, Kleiner посвятил клинтеху сразу три своих фонда во второй половине 2000-х. Более того, в конце 2007 года для инвестиций в «чистые» технологии Kleiner привлёк партнёром известного борца с глобальным потеплением Эла Гора.

    Примечательно, что в Kleiner изначально присматривались к Tesla. Управляющий партнёр фонда и главный венчурный пропонент клинтеха Джон Доерр лично знал Маска и верил в потенциал его идеи. Tesla проводила конкурентный процесс привлечения средств, но Маск хотел видеть в составе акционеров именно Доерра. В итоге в финале Tesla выбирала из двух предложений: от Kleiner, с бидом по оценке $50 млн, и от VantagePoint, оценившего Tesla в $70 млн.

    Маск, будучи опытным предпринимателем, готов был взять предложение Kleiner, согласившись на дисконт с учётом звёздной репутации фонда. Единственным его условием было то, что Доерр должен был присоединиться к совету директоров Tesla.

    Но Доерр отказался. Легендарный инвестор посчитал, что уже сидит на слишком большом количестве бордов. В конечном счёте Маск выбрал предложение VantagePoint (с которым у него в последствии случился корпоративный конфликт), а Доерр решил проинвестировать Fisker.

    Наличие финансирования от Kleiner открыло для Fisker дорогу в «высшую лигу». Создание автомобильной компании с нуля — крайне затратное мероприятие. И Фискер продолжил активно привлекать средства для запуска в серию Karma, пользуясь именем Kleiner.

    Как и в случае с Solyndra, одним из важных элементов фандрейз-стратегии Fisker стало получение льготных государственных средств. И здесь хорошо пригодились связи Эла Гора, недавно получившего Нобелевскую премию.

    В 2009 году правительство одобрило Fisker кредит на $529 млн. Условием получения финансирования стало привлечение сторонних средств — компания жгла так много, что требовались ещё многие миллионы дополнительных инвестиций для выполнения планов.

    Но к концу 2009 года на венчурном рынке «зелёные» инвестиции стали выходить из моды. Фонды один за другим сворачивали клинтех-программы на фоне низких цен на нефть и начала революции сланцевого газа в США.

    Чтобы обеспечить нужный объём финансирования, Фискер пошёл на нетривиальный шаг: сотни миллионов долларов было решено привлечь от менее осведомлённых частных инвесторов. А ключевую роль в организации процесса поднятия средств сыграл брокер Advanced Equities Inc (AEI), через который в итоге прошло около $800 млн, проинвестированных в Fisker.

    Брокеры не так редки на венчурном рынке. Большая часть из них просто выступает в роли адвайзеров по процессу привлечения средств (или даже просто сводит стартапы с инвесторами).

    Но некоторые брокеры формируют инвестиционные пулы, выступая и в роли управляющей компании. Инвесторами в пулах часто выступают индивидуальные инвесторы — более искушённые игроки обычно опасаются такого непрозрачного сетапа.

    Наличие в капитале стартапа звёздного VC всегда облегчает шансы на формирование пула. Деньги привлекаются по широкому кругу инвесторов. Сам процесс напоминает обычный венчурный раунд (с тем отличием, что только крупные инвесторы могут напрямую пообщаться с компанией).

    Но в случае с Fisker практики, используемые AEI, находились на грани фола. Агрессивные продажи, откровенное враньё о состоянии дел в компаниях, ноль прозрачности — AEI скорее напоминала бойлерные 1980-х годов, агрессивно толкавшие пенни стоки (смотри «Волк с Уолл-Стрит»).

    При этом AEI работала исключительно со стартапами, проинвестированными известными венчурными фондами: помимо Kleiner это были Benchmark, NEA, Khosla Ventures и другие. Задачей брокера была организация новых раундов финансирования в не самые перспективные компании из портфелей именитых управляющих.

    Мало что понимающие в венчуре инвесторы получали доступ в «эксклюзивные» сделки. Фонды могли продолжать показывать бумажную доходность в компаниях, которые иначе были бы списаны. Win-win.

    За свои услуги AEI брала (огромную) разовую комиссию в 10% и ещё в перспективе получала 6% от прибыльности сделки. Правда, за 12 лет на рынке доходных сделок у брокера почти не было.

    Лучшие сделки AEI показали в итоге скромную по венчурным меркам доходность в районе двукратной. А большая часть компаний, которым брокер помогал привлечь средства, так и вовсе обанкротилась

    Единственным заработавшим всегда оставался AEI. И Fisker стал самой доходной сделкой для брокера, который одно время даже рассматривал возможность проведения собственного IPO.

    Ситуацию с Fisker осложняло то, что AEI с самого начала отвечала за привлечение частных инвесторов. К моменту получения федерального финансирования брокер уже имел значительную долю в стартапе (агрегируя за собой сотни инвесторов) и, как никто другой, понимал настоящее положение дел. А оно становилось всё хуже.

    Ещё до выпуска первой модели Fisker провёл масштабную PR-кампанию. Karma была названа Time одним из 50 лучших изобретений. Известные журналы хвалили автомобиль за дизайн. Ещё не поступившая в продажу Karma уже выигрывала различные премии. Wired назвал машину “freakin’ hot”. Usher заказал хромированную Карму своему подопечному Джастину Биберу.

    Фискер на обложке Forbes, июнь 2009 года

    Но реальность была далека от проецируемой в рынок картинки. Высокая степень аутсорса неизбежно привязала Fisker к своим поставщикам. Know-how находился не у Fisker, а у десятков подрядчиков, с синхронизацией которых у стартапа постоянно возникали проблемы.

    Срывы сроков поставок с самого начала стали бичём компании, отодвинув выход Karma на полтора года: вместо первого квартала 2010 года первые Karma были доставлены клиентам лишь летом 2011 года.

    Не получилось у Fisker и выдержать изначально заявленные цены. Если вначале Фискер заявлял, что розничная цена Karma составит $80 тысяч, то к моменту выхода на рынок стоимость Karma в минимальной комплектации перевалила за $100 тысяч.

    Другой проблемой стартапа стало изощрённое дизайнерское видение Фискера. Многие детали приходилось дорабатывать и кастомизировать, чтобы вписать их в автомобиль, который хотел видеть основатель-дизайнер.

    Вместо быстрой сборки из готовых запчастей, как Фискер изначально видел создание Karma, производство автомобиля превратилось в настоящий конструкторский ад.

    Усложняло ситуацию и то, что компания параллельно запустила в разработку новый, более дешёвый, автомобиль. Fisker Atlantic был представлен публике весной 2012 года.

    Помимо проблем с поставщиками, Fisker стал просто магнитом для неприятностей. Сразу после выхода Karma на рынок Fisker пришлось отозвать более 200 автомобилей. Причиной стали проблемы с батареей.

    Стартап быстро должен был исправить имидж и доказать надёжностью Karma. Схожие проблемы присутствовали на старте и у Tesla, так что Karma теоретически ещё могла вызывать интерес у публики.

    Но уже весной 2012 года на всех надеждах Fisker был поставлен жирный крест. Известный своими обзорами журнал Consumer Reports приобрёл для теста Karma. И автомобиль сломался уже менее через 300 км пробега.

    В разносном обзоре издание назвало Karma автомобилем «полным проблем». Неудобный салон, большое время заряда батареи, шумный двигатель — список претензий продолжался долго. Karma вошла в пятёрку автомобилей с самым низким рейтингом в истории журнала.

    Что ещё хуже, причиной поломки автомобиля в тесте Consumer Reports оказалась очередная серьёзная проблема с аккумулятором. Её устранение, вместе с отзывом автомобилей, обошлось Fisker в $55 млн.

    Не сладко пришлось и поставщику аккумуляторов компании — стартапу A123 Systems. Fisker являлся ключевым клиентом компании, и без его объёмов A123 попала в сложное положение. Компания до последнего ждала начала массовых продаж Fisker. Но спустя несколько месяцев после обзора Consumer Reviews A123 начала процедуру банкротства.

    В итоге производитель батарей был за бесценок продан китайской компании, где продолжил существование под именем с безусловным намёком на преемственность — B456. В сумме A123 прожгла почти $900 млн, часть из которых была привлечена в ходе IPO компании в 2009 году.

    Точку в мучениях, провидчески названной Karma, поставил ураган Сэнди, ударивший по восточному побережью США осенью 2012 года.

    Затопление, вызванное ураганом, спровоцировало короткое замыкание в одном из автомобилей Karma. Огонь распространился на сотни других экземпляров Fisker, доставленных для отправки своим клиентам, быстро уничтожив весь сток автомобилей.

    Стоянка Fisker после затопления

    Всё это время Fisker продолжал получать новые инвестиции. Всего с мая 2011 до августа 2012 года Fisker c помощью AEI смог привлечь $525 млн по оценке более $2 млрд.

    Хуже дела обстояли с государственным финансированием. Из-за срывов сроков вывода Karma на рынок летом 2011 года министерство энергетики США приостановило выдачу новых траншей по кредиту.

    Всего из более чем полумиллиардного федерального кредита Fisker успел получить лишь около $200 млн. Правда, знали об этом только избранные акционеры стартапа — ни министерство энергетики, ни сама компания официально не раскрывали данные о прекращении доступа к государственному финансированию в течение девяти месяцев после последнего перевода средств.

    Всё это время AEI активно использовал историю про наличие федерального кредита, чтобы завлекать в капитал Fisker ничего не подозревающую публику. Инвесторам подавалась обёртка стартапа с серьёзным вовлечением со стороны великого Kleiner, инвесторами-промоутерами вроде Леонардо ДиКаприо и, конечно же, более $500 млн халявных госденег.

    В инвесторской презентации приводились прогнозы в $12 млрд выручки на пятый год. Через десять лет Fisker должен был стать одним из топовых автомобильных брендов. И всё это происходило параллельно с балансирующим на грани выживания бизнесом.

    Один из первых владельцев и инвесторов Fisker — Леонардо ДиКаприо

    В ноябре 2011 года компания сообщила министерству энергетики, что у неё осталось средств всего на три дня операций. Очередной, поступивший от частных инвесторов транш на $37 млн ненадолго спас компанию, и она продолжила дальше привлекать средства.

    После года сплошных неудач, в начале 2013 года, совет директоров Fisker уволил своего основателя и гендиректора. Но было уже поздно. Вскоре компании пришлось сократить три четверти сотрудников и начать готовиться к банкротству, о котором Fisker объявил в ноябре 2013 года.

    Пошёл ко дну и AEI. После признания проблем в Fisker инвесторы начали массово подавать иски против брокера, обещавшего безрисковую инвестицию в лице Fisker. Но как только «запахло жареным», AEI быстро свернул операции.

    Иски получили и основатели Fisker, и партнёры Kleiner. Последние часто привлекались AEI на питчи крупным частным инвесторам и также не раскрывали важных деталей о сложностях бизнеса Fisker.

    Даже несмотря на все сложности автобизнеса, размер прожжённых Fisker инвестиций поражает воображение. Неопытный управленец Фискер наделал множество ошибок, которые дорого обошлись компании.

    Основатель верил, что Fisker легко продаст 15 тысяч автомобилей, необходимых для выхода на безубыточность. На этом объёме поставщики готовы были давать хорошие цены, и Фискер решил рискнуть: он заказал значительную часть используемых в Karma деталей в объёме, достаточном для производства первых пятнадцати тысяч автомобилей.

    В итоге рынок увидел лишь около 2500 Karma. Склад стартапа ломился от неиспользованных комплектов. На продаже каждой машины Fisker в итоге терял $35 тысяч, а запчасти на десятки миллионов долларов так и остались невостребованными.

    Деньги «палились» на пустом месте. Так ничего не значащие изменения, которые Фискер решил внести в дизайн Karma перед самым запуском в производство, стоили компании более $50 млн.

    Как и большая часть других участников списка крупнейших стартап-фейлов, Фискер предпочитал совсем не стартаперский уровень жизни. Апогеем была собственная зарплата в $700 тыс в год, которую Фискер не снизил даже тогда, когда в компании начались увольнения.

    Пример Tesla показал, насколько сложно создание автомобильной компании. То, что удалось Маску — а именно успешное управление бизнесом со все увеличивающимися убытками — по-настоящему уникально для мира стартапов.

    Многие стартапы действительно могут быть планово-убыточными годами. Amazon потребовалось пятнадцать лет, чтобы разобраться с моделью. Теряет деньги и большая часть технологических стартапов, выходящих на IPO.

    До поры до времени рынки могут прощать отсутствие прибыли. Особенно если деньги вкладываются в задел будущего успеха, как в случае с Amazon, создавшим на деньги инвесторов серьёзный барьер на пути любых конкурентов.

    Но Tesla, даже спустя девять лет после IPO, всё ещё ходит по грани. Так в 2019 году Маск (в очередной раз) объявил в компании антикризисный режим, продолжил сокращения персонала и заявил, что у компании осталось кэша до начала 2020 года. Логично предположить, что если бы вместо инженера Маска у руля Tesla был дизайнер Фискер, история компании бы уже давно закончилась.

    Удивительно, но купить новую Karma можно до сих пор. Сразу после банкротства Fisker активы компании в 2014 году за $150 млн выкупил китайский холдинг Wanxiang Group.

    Wanxiang переименовал стартап в Karma Automotive, нанял более 500 человек персонала, включая руководство, пришедшее из Tesla и Cadilac, и уже в 2016 году представил публике обновлённую Karma.

    Названный Karma Revero автомобиль стоит в рознице $130 тысяч и внешне практически не отличается от своего оригинала. Легенда звучит так, что Фискер сделал хороший автомобиль, но просто слишком поторопился с его выводом на рынок. Wanxiang потратил сотни миллионов, чтобы восстановить автопроизводителя и устранить все недостатки сырой версии Фискера.

    Правда, за годы с момента начала разработки Karma рынок шагнул далеко вперёд. И теперь кармовские 50 миль пробега без заряда кажутся просто издёвкой на фоне современных электрокаров. В обзоре 2017 года Bloomberg назвал Karma Revero «блекберри среди автомобилей». Заголовок статьи звучал как безоговорочный приговор: «Не покупайте Karma Reviero. Купите Tesla. Или любой другой автомобиль».

    Но китайцы не унывают. В начале 2019 года Karma представила на Auto Shanghai свой новый (старый) автомобиль — Revero GTS. Это более быстрая версия обычной Karma с двигателем от BMW i8 и ускорением до сотни на пару секунд дольше, чем у Tesla S образца 2017 года.

    Не терял времени даром и сам Фискер. В классической манере Кремниевой долины вскоре после банкротства компании Фискер занялся новым стартапом.

    Fisker Inc, конечно же, занимается разработкой автомобилей. Первым продуктом компании должен стать полностью электрический седан EMotion, который сможет преодолевать на одной зарядке более 600 км.

    Такого впечатляющего пробега автомобиль может достичь за счёт использования разрабатываемых компанией твёрдотельных аккумуляторов нового типа. Инвестором батарейного направления уже выступил Caterpillar.

    Fisker EMotion

    По традиции, заложенной в предыдущем стартапе, одного автомобиля Фискеру мало. Новый Fisker также параллельно разрабатывает и вторую модель — электрический самоуправляемый городской шатл. Считается, что первые масштабные кейсы самоуправляемых авто придут именно из таких ниш.

    В похожем направлении уже почти пять лет успешно развивается стартап, которым руководит бывший замминистр связи России Денис Свердлов. Его Charge, находящийся в Лондоне, уже активно рейзит мегараунд на сотни миллионов. Так что, вполне возможно, что Фискер в этот раз сделал более разумную ставку.

  • Morgan Stanley прогнозирует удвоение российского рынка электронной коммерции

    By iVenturer on Пятница Июнь 14th, 2019
    0
    5

    Россия — последний развивающийся рынок без доминирующей компании в электронной коммерции

    Конкуренция за покупателя и лидерские позиции в ecommerce сейчас отчаянная:

    • «Сбербанк» инвестировал $500 млн в яндексовский «Беру»;
    • Ozon сжигает деньги инвесторов огромными темпами в обмен на рост до 70% в год: в апреле 2018 года компания привлекла $100 млн, а уже в мае этого года ритейлер получил ещё более $150 млн.
    • Mail.ru договорился с Alibaba и «Мегафон» о создании конгломерата, объединяющего ru.aliexpress.com, российский Tmall и Pandao. Инвестиции осенью 2018 года в совместное предприятие составили $300 млн.
    • Wildberries своих источников инвестиций не разглашает. Возможно, компания растёт так быстро за счёт собственных средств, но результаты ритейлер показывает выше конкурентов: в 2018 году компания выросла вдвое по количеству заказов — с 40 до 80 млн, а количество заказов в день в декабре доходило до отметки в 400 тысяч. По выручке Wildberries вырос на 74% год к году.
    Российский рынок электронной коммерции очень фрагментирован по сравнению с США, Китаем и Бразилией

    В выигрыше в ближайшие несколько лет окажутся розничные покупатели, а также продавцы на крупнейших маркетплейсах. Сами компании – Ozon, Wildberries и «Беру» — продолжат жертвовать не только маржой и комиссией, но и рентабельностью в целом, теряя деньги на каждой доставке. Так, например, Wildberries в 2018 году снизил комиссию для продавцов вдвое — с 38% до 19%.

    Самые посещаемые интернет-магазины в России — миллионов пользователей в день

    Morgan Stanley прогнозирует повышение темпов роста рынка электронной коммерции почти вдвое — с 13% за 2014–2017 годы до 25% за 2018–2021 годы, что приведёт к удвоению рынка до 2,1 трлн рублей

    Приток инвестиций вызовет увеличение проникновения электронной коммерции, которое сейчас в России ниже, чем в большинстве стран Европы, Азии и США.

    Проникновение интернета и доля электронной коммерции в объеме потребительских покупок в разных странах

    Менее значительными факторами станут прирост интернет-пользователей и пользователей смартфонов.

    Проникновение смартфонов в России на 18% ниже, чем у Южной Кореи

    Увеличение количества покупателей с текущих 63 млн человек будет осуществляться за счёт регионов, которые сокращают отставание от Москвы в склонности людей к онлайн-покупкам.

    Регионы постепенно сокращают отставание от Москвы в доле онлайн-шопперов в общем количестве интернет-пользователей

    Рост рынка скажется на стоимости крупнейших публичных компаний: Mail.ru подорожает на 39%, а «Яндекс» на 26%. Капитализация компании-лидера, по оценке Morgan, будет не менее $10 млрд.

    Рост рынка электронной коммерции до 2,1 трлн рублей будет происходить, в том числе за счёт уменьшения процента покупок в офлайне. При этом трансграничная торговля будет расти быстрее, чем продажи в российских интернет-магазинах

    Рынок электронной коммерции будет развиваться по китайскому сценарию

    Morgan Stanley выделяет следующие этапы развития рынка в России, которые копируют уже произошедшие в Китае изменения:

    • Развитие модели маркетплейсов. Этот этап все крупнейшие игроки начали осуществлять в 2018 году.
    • Инвестиции в логистику.
    • Финансовая поддержка продавцов на маркетплейсах. Так, например, Ozon недавно объявил о программе предоставления кредитов продавцам от частных лиц.

    Развитие омниканальной модели продаж

    Morgan Stanley признает, что офлайновые каналы, или «камень» (brick&mortar) очень важны для России. Из-за неразвитой логистической инфраструктуры большой процент заказов забирается из офлайновых магазинов.

    Эксперты делают вывод, что омниканальная система продаж, или переплетение продажи через интернет с поддержкой в «камне» будет иметь в России большое значение. Соответственно, Morgan Stanley ожидает появление новых совместных предприятий и взаимных поглощений для интернет-компаний, которые начнут развивать «камень» — и наоборот. Следующие сделки уже состоялись либо произойдут с высокой долей вероятности:

    • «Магнит» в партнёрстве с «Почтой России» запустил 13 пилотных магазинов, находящихся в почтовых отделениях, предлагая от 200 до 800 наиболее распространенных товаров;
    • JD.com, один из крупнейших онлайновых ритейлеров в мире, покинувший Россию в 2016 году, планирует вернуться через партнерство с Х5 Retail Group, владеющей магазинами под торговыми марками «Карусель», «Перекресток» и «Пятерочка». JD собирается реализовать модель «кликни и забери в магазине»;
    • «Метро», «Призма», «Лента» и «Карусель» находятся в партнерстве с сервисом доставки продуктов igooods.ru.
  • О криптовалюте Facebook Libra и зачем она нужна Цукербергу

    By iVenturer on Суббота Май 11th, 2019
    0
    14

    18 июня Facebook представит первые подробности о разрабатываемой криптовалюте Libra и запустит тестовую сеть, сообщают TechCrunch и The Block со ссылкой на нескольких инвесторов.

    По мнению Facebook, Libra — проект, который позволит получить доступ к финансовым инструментам 1,7 млрд человек в развивающихся странах и улучшит, а не разрушит традиционную финансовую систему.

    Компания получила поддержку Visa, Mastercard, PayPal, Uber, eBay и других финансовых и технологических компаний. Глобальный запуск Libra пройдёт в первом квартале 2020 года, в конце 2019 года начнётся тестирование, сообщает BBC.

    Facebook не планирует зарабатывать на криптовалюте — у платёжной системы нет комиссии, а компания будет сама платить пользователям за операции с криптовалютой, считают финансовые аналитики.

    Разработка

    Согласно информации издания The Information, криптовалютный проект Facebook запустился примерно год назад, когда компания наняла бывшего президента PayPal и вице-президента Facebook Messenger Дэвида Маркуса для руководства.

    Также в команду попали сотрудники Coinbase, бывший вице-президент Instagram Кевин Вейл, а в начале 2019 года — команда проекта Chainpace. Главным экономистом проекта стал Кристиан Каталини, профессор Массачусетского технологического института.

    Всего над проектом работают около 100 человек, при этом постоянно компания нанимает новых людей — Facebook разместила 28 вакансий, связанных с блокчейном.

    В отличие от открытой культуры Facebook, сотрудники криптовалютного проекта держат в секрете любую информацию и работают в отдельном здании.

    Изначально BBC предполагало, что криптовалюта будет называться GlobalCoin, но The Information и TechCrunch говорят о другом названии — Libra. В мае 2019 года Facebook зарегистрировала в Швейцарии финансовую компанию Libra Networks, а также выкупила торговую марку у одноименного стартапа.

    TechCrunch считает, что LIbra — это игра слов с аббревиатурой лондонской межбанковской ставки LIBOR. Только «LIBOR предназначена для банков, а Libra — для людей».

    Основной интерес к криптопроекту проявил лично Марк Цукерберг, несмотря на скепсис со стороны операционного и финансового директоров Facebook.

    Из трёх сценариев инвестиций Цукерберг выбрал максимально дорогой, а платёжная система внутри Facebook вписывается в заявления Цукерберга о том, что все денежные переводы должны быть не сложнее отправки сообщения в мессенджере.

    Токен Libra и его использование

    Криптовалюта Facebook будет «стабильной монетой» — она привязана к валютной корзине и ценным бумагам с низким уровнем риска, а не к одной валюте. Это исключит скачки курса, как у других криптовалют.

    Это подтвердила руководитель отдела Facebook по финансовым услугам и платёжным партнёрствам в Северной Европе Лаура МакКракен в разговоре с немецким журналом WirtschaftsWoche.

    Компания интегрирует криптовалюту не только в Facebook, но и в Messenger и WhatsApp, а также в партнёрские площадки. Сотрудникам компании предоставят возможность получать в криптовалюте часть зарплаты.

    В декабре 2018 года издание Bloomberg сообщало, что Libra будет использоваться для перевода денег между пользователями в мессенджерах. В феврале 2019 года The New York Times рассказало об изменении планов и желании Facebook продавать монеты пользователям, а также провести переговоры с криптобиржами.

    Компания планирует запустить «криптоматы» — банкоматы для продажи и покупки Libra в офлайне.

    Варианты криптоматов для Bitcoin и Ethereum bitcoinist

    Также Facebook ведёт переговоры с продавцами, которые будут принимать к оплате токены, и рассматривает возможность платить пользователям за просмотр рекламы и онлайн-покупки по аналогичной с розничными магазинами системе лояльности, пишет Guardian.

    Отдельно отмечается, что Facebook не будет использовать платёжную систему для таргетинга рекламы.

    Кто будет управлять криптовалютой

    Компания учитывает свою негативную репутацию в области обработки персональных данных и понимает, что амбиции проекта контролировать онлайн-платежи могут отпугнуть пользователей.

    Чтобы защититься от регуляторов, снизить централизацию криптовалюты и избежать влияния негативной репутации Facebook передаст контроль над Libra независимому фонду Libra Association. Руководить фондом будет Сунита Парасураман, бывшая глава казначейских операций в Facebook, сообщает The Information.

    Издание The Block получило маркетинговые материалы Facebook, посвящённые Libra, и выяснило, что в консорциуме находятся 29 компаний. Всего Facebook рассчитывает привлечь 100 членов в Libra Association, чтобы выполнить план по привлечению $1 млрд инвестиций для обеспечения стабильности криптовалюты.

    Среди партнёров Libra: eBay, Uber, Lyft, Spotify, криптобиржа Coinbase, телеком-гигант Vodafone, платёжные системы Mastercard, Visa, Paypal, PayU, Stripe и другие организации. Каждый инвестор вносит по $10 млн для получения доступа к сети и управления собственным узлом.

    Инвесторы Libra

    Также The Block отмечает, что Facebook не поддержали инвестиционные конгломераты Goldman Sachs и JPMorgan. В случае с JPMorgan это может быть связано с планами по выпуску собственной «стабильной криптовалюты» JPM Coin.

    Зачем Libra нужна Facebook и может ли компания на ней заработать

    С помощью Libra компания планирует полностью перестроить собственную инфраструктуру и объединить WhatsApp, Facebook Messenger и Instagram под одной платформой, пишет The New York Times. Общая аудитория потенциальных пользователей токена — 2,7 млрд человек.

    Facebook разрабатывает собственную платёжную систему, чтобы интегрировать её в приложения партнёров, магазинов и финансовых организаций, а также на сайтах — по аналогии с тем, как профиль Facebook сейчас используется для авторизации на различных платформах без необходимости регистрироваться и создавать аккаунт.

    Bitsonline

    Система вознаграждения пользователей за активность в соцсети, просмотр рекламы и взаимодействие с контентом служит инструментом, который снизит уровень критики в адрес Facebook о заработке на данных пользователей и улучшит их взаимодействие с контентом, считает The New York Times.

    Она также усилит основной бизнес Facebook — собственная платёжная система улучшит понимание, какие товары и бренды нравятся покупателям, и поможет точнее оценивать, ранжировать и таргетировать рекламу.

    Создание собственной криптовалюты может быть попыткой Facebook войти на рынок мобильных платежей и занять на нём лидирующие позиции, считает инвестиционный директор финансовой компании Blockforce Capital Дэвид Мартин.

    Libra может стать мощным платёжным инструментом на рынках развивающихся стран, например, в Венесуэле, где нестабильна покупательская способность фиатных валют. Благодаря Libra граждане таких стран смогут получить доступ к более надёжной финансовой платформе, чем национальная валюта, пишет финансовый и криптовалютный эксперт Кейтлин Лонг в колонке Forbes.

    Кейтлин Лонг

    Не менее привлекательным для Facebook может стать и внутренний рынок, на котором лишь 44% населения используют смартфон для оплаты. Со своей базой пользователей компания может зарекомендовать себя в качестве национального, а затем и мирового лидера в области мобильных платежей, считает Дэвид Мартин.

    Обычно банки, платёжные системы и сети берут комиссию в 2–3% за каждую транзакцию, которую оплачивают продавцы. Но, по информации источника The Wall Street Journal, Facebook не планирует брать комиссию за операции с Libra, неясно, каким образом компания будет зарабатывать на криптовалюте.

    По мнению финансовых экспертов The New York Times и CoinTelegraph, таким образом компания создаст повышенный интерес продавцов в онлайне и увеличит аудиторию пользователей своей платформы, прежде чем монетизировать её.

    Более того, Facebook может монетизировать пользовательскую базу с помощью рекламы и зарабатывать на корзине валют и ценных бумаг, которые обеспечивают криптовалюту — по расчётам Кейтлин Лонг, Facebook может получать около $235 млн за каждые $10 млрд в депозитах.

    Проблемы с регуляторами

    На пути запуска Libra могут встать регулирующие органы в странах, где нет чётких правил работы с криптовалютами. В мае 2019 года банковский комитет Сената США написал открытое письмо в адрес Facebook, в котором потребовал раскрыть подробности проекта. Сенаторов интересует, как компания будет обрабатывать персональные данные пользователей.

    Также представители Facebook ведут переговоры с комиссией по торговле товарными фьючерсами, чтобы определить, попадает ли криптовалюта под юрисдикции. Компания провела несколько встреч с министерством финансов США, управляющим Банком Англии Марком Карни и топ-менеджерами Western Union.

    Пока неизвестно, как будет регулироваться Libra и какую роль в её развитии сыграют платёжные системы — обычно Visa и Mastercard не поддерживают криптовалюты, так как видят в них угрозу для своего бизнеса. Что предложит Facebook и как на самом деле будет работать Libra станет известно 18 июня.

  • ICO vs. Краудфандинг

    By iVenturer on Суббота Апрель 27th, 2019
    0
    10
    Рынку ICO предстоит наступить все те же грабли, что  и рынку краудфандинга,  но только «удары рукоятки» окажутся куда больнее. В последнее время статьи в СМИ и даже выступления чиновников пестрят словом «ICO». Это явление, близкое тому, что мы видели несколько лет назад со словом «краудфандинг». Напомню для непосвященных. «Краудфандинг» происходит от двух английских слов: crowd — толпа, funding — финансирование. Автор проекта создает кампанию на платформе, обещает золотые горы ( старт производства нового продукта, например), люди «скидываются» и затем ждут пару лет — будет ли выполнено обещанное? С ICO все примерно то же самое, только ICO может быть масштабнее. Компания, выходя  на  ICO, создает продукт (или, давайте говорить честно, видимость продукта),  рисует одностраничный сайт и собирает деньги — только уже не  евро или рубли, а криптовалюту.  Те, кто хотят поддержать проект,  получают другую криптовалюту, созданную компанией. Итак, как соотносятся краудфандинг и ICO? Что мы увидим дальше?

    ICO: Китай, съеденные флэшки и опоздавшие инвесторы

    Надо сказать, многие путают ICO с IPO: «Ой, да с ICO все просто, — говорят они. Это то же самое, что и IPO! Только вместо акций покупатели получают криптовалюту». На мой взгляд,  ICO и  IPO — в корне разные форматы,  и сравнение абсолютно некорректное. ICO-кампании бывают самые разные, и на самом деле, лишь  некоторые из них предполагают выдачу токенов, которые, по сути, выполняют роль акций. В подавляющем большинстве случаев покупатели получают новую криптовалюту, которая ничем другим не является и не выполняет никаких иных ролей. Из компаний, которые во время ICO продают не только криптовалюту, но и токены (а именно благодаря токенам как инструменту покупатели получают возможность участвовать в разделении дивидендов), можно назвать, например,  GoldMint (впрочем, проект лично у меня вызывает большие сомнения, однако его основателям, кстати, нашим соотечественникам, желаю удачи).

    На первый взгляд, идея ICO может звучать достаточно странно. Я бы даже употребил слово «бредово». Кому придет в голову отдавать свои деньги за «фантики»? Отдать свой драгоценный, может быть, единственный биткоин, намайненный потом и кровью, который стоит сейчас целых $3000 с лишним? Тем не менее, вот что происходит на рынке ICO сейчас: рекордсмен по сборам —  Bancor Protocol, продал своей криптовалюты во время только что завершившейся ICO-кампании на $153 млн за три часа. Создатели MobileGo продали своей валюты на $53 млн. Последний рекорд — Status.im с $112 млн за несколько часов. Ажиотаж вокруг ICO MobileGo и Status.im был настолько высок, что приостановил работу блокчейн-платформы Ethereum практически на сутки. Счет компаний, собравших $10-20 млн, вскоре, видимо, пойдет на сотни. Но, на мой взгляд, рост будет идти до  определенного момента.

    У многих возникает вполне резонный вопрос: почему же люди вливают такие огромные деньги в ICO-компании, что это за проекты? Ведь на ICO создаваемая валюта стоит гораздо меньше, чем будет стоит спустя всего 4-6 месяцев после кампании. А на preICO (то есть на стадии, когда компания только заявляет о себе), криптовалюту можно купить со скидкой до 50% от цены, которая будет установлена на ICO.  Если проанализировать  биржевые курсы и вести расчеты вручную с текущим курсом, то можно составить статистику  некоторых успешных криптовалют и ICO, например вот эти: Stratis, начальная стоимость 0.00012321 биткоинов, в пике — около 0.0028 биткоинов, рост на 2172,54% за 7 месяцев. Golem c 0,0000449 до 0,000202, рост составил 349,89% за 5 месяцев. Пока что рекордсмен, который я видел, — криптовалюта платформы GameCredits, показавшая невероятный рост с 0,000007 до 0,0016. То есть космические 23 707% (данные о темпах рост могут быть устаревшими, однако по данным платформ Poloneix, Icostats  речь действительно идет о тысячах процентов в течение месяцев — Forbes)

    Давайте посмотрим на рынок проектов, выросших в ходе «парада ICO», глазами венчурного инвестора. По статистике венчурного рынка,  9 из 10 компаний умирают, а один-единственный проект растет в стоимости настолько быстро, что окупает все  провал.  Получается, на рынке ICO компания должна расти на  более чем 1000%.  Однако, по моему субъективному мнению, в мире ICO дела обстоят гораздо лучше, чем на венчурном рынке.  По крайней мере  — пока. Мой прогноз таков:   половина  проектов, привлекших финансирование в ходе ICO, умрет, 2-3 выйдут в ноль, а оставшиеся 2-3 покажут рост от в несколько тысяч процентов.  Тогда ответы на вопросы «кто все эти люди?» и «почему они вливают такие большие деньги в ICO, ведь это фантики?!» становятся понятны. Очевидно, в ICO вкладывают деньги те,  кто играет на росте валют и понимает, что сейчас происходит на этом рынке. Это и частные инвесторы, и разнообразные крипто-фонды, которых, кстати в последнее время появилось огромное количество. Интересно то, что, по моим данным, очень активно и агрессивно на рынке ICO и новых криптовалют играет Китай. Так, в личной беседе с одними из основателей проекта, вышедшего на ICO,  я узнал, что на проводимом им preICO с целевой суммой $1 млн, в первые же полчаса именно китайские инвесторы приобрели токены суммарно на $700 000. Почему? Потому что майнинг в Китае давно уже перешел на совершенно иной уровень — по частным оценкам (официальной статистики по рынкам криптовалют, конечно, нет),  90% рынка находящихся в обороте криптовалют приходится именно на Китай. Соответственно, те, кто владеет майнинг-фермами, ищут способы «пристроить» полученные деньги. Законодательные особенности в Китае приводят к тому, что в «обычные» рынки эффективно вложить свои виртуальные средства эти инвесторы не могут. Поэтому для держателей майнинг-ферм и держателей криптовалют  ICO  становится прекрасным способом не только заработать, но и диверсифицировать свои ресурсы. Но и это еще не все. В 2015 году фондовый рынок Китая пережил обвал: котировки крупнейших компаний упали в цене более чем вдвое, инвесторы потеряли деньги.   Я был в Китае этой весной и не раз слышал от местных жителей: «у нас тут очень много свободных денег, но люди, в силу разных законов, практически не могут инвестировать. Были акции, но теперь в них не вкладываются». На мой взгляд, именно криптовалюты позволяют самым обычным людям стать инвесторами. И пока   —  без какого-либо контроля со стороны властей. Стать инвестором настолько просто, что, если верить одному из моих собеседников в Китае, «бабушки продают свои квартиры и вкладывают деньги в ICO». В Китае  популярна шутка:  «ICO это не Initial Coin Offering, а Initial China Offering».

    Что в сухом остатке? Кажется, механизм ICO оставляет довольными всех: инвесторы зарабатывают, компании получают деньги на  развитие. Все счастливы?

    Однако у ICO есть и свои сложности. Во-первых, в какие ICO стоит вкладывать деньги? Ведь и все компании создают красивые landing-страницы и рассыпаются в обещаниях  но у большинства нет даже работающего прототипа —  только идея.  Во-вторых, пока вы изучаете информацию о проекте,  ICO может закончиться. Это не преувеличение: ICO проекта под названием Aragon Network кончилось сбором $25 млн за 26 минут. И это еще цветочки в сравнению с примером Status.im, о котором я писал выше. Да, появляются площадки, агрегирующие информацию о прошедших и готовящихся ICO, но можно ли быть уверенными, что они не публикуют информацию в интересах тех или иных организаторов ICO? Например, на последнем «громком» ICO того же Status.im некоторые криптовалютные инвест-фонды были оповещены и проинструктированы заранее, благодаря чему смогли принять участие в ICO прежде обычных инвесторов, оставив последних в большом негодовании и разочаровании. Так что гарантов нет. Рынок ICO крайне хаотичен. В-третьих, есть проблема доступности участия в ICO. Для многих потенциальных инвесторов сама мысль о покупке криптовалюты оказывается пугающей:   «что это такое?», «как ее покупать?», «какие биржи??!!», «как ее не потерять?», «а что будет, если кошка съест мою флешку, а там все  деньги, что я заработал за последние 20 лет?». Я утрирую, но  у людей,  не имевших дело  с рынком криптовалют, очень много вопросов.  И, оставляя шутки, для многих из них — это серьезный барьер. Да, технологии развиваются, появляется все больше и больше мобильных кошельков, позволяющих «новичкам» пользоваться криптовалютами. Но даже это не меняет ситуации:  в большинстве случаев покупка криптовалюты для начинающих — это настоящее незабываемое приключение.

    Краудфандинг: приход крупного бизнеса, нездоровые «хайпы» и разочарования

    Лидер рынка краудфандинга сегодня — Kickstarter. Платформа быстро развивается начиная с 2010 года, показывая ежегодно практически двукратный рост. Проблемы начались несколько лет назад. С 2014 года на Kickstarter стали выходить крупные игроки, посыпались примеры неудач. Так, собравшие $13 млн создатели холодильника Coolest Cooler не выполнили свои обещания и оставили своих бэкеров ни с чем. Основателей проекта Zano (специализированный дрон), получившие $3 млн, постигла та же участь. Стартап Ouya, предложивший миру микроконсоль, с $9 млн, не оправдал ожиданий пользователей, проект также в итоге закрылся. Крупные суммы (миллионы долларов) собирали разработчики игр, но их продукты тоже не вышли на рынок. Мы видели и небольшие компании, с сотнями тысяч долларов от бэкеров, чьи авторы просто исчезли после получения денег или рассказывают какие-то истории, но кому от этого легче? Неудивительно, что в 2015 году рост Kickstarter замедлился: в 2013 году было создано более 44 000 кампаний, в 2014 году — около 67 000, в 2015 году — лишь на 10 000 больше, около 77 0000. В 2016 году на Kickstarter вышло не просто ощутимо меньше компаний, а само количество всего созданных кампаний сократилось на целых 18 000: в 2016 году их было создано только около 58 000 — даже меньше, чем в 2014 году.  Казалось бы, дело именно в снижении доверия бэкеров. Но дело не только в этом. Еще одна причина (помимо того, что многие перестали верить обещаниям авторов и даже разочаровались в самой концепции краудфандинга) — в том, что на Kickstarter, изначально запущенный как платформа для «новичков», пришло большое число «взрослых» компаний. Для них целью работы с Kickstarter стал не сбор средств, а продажа уже существующих продуктов и пиар. В таком формате компании запускают кампании, чтобы провести через платформу собственные деньги — обычно через подставных (по сути, «купленных») пользователей. Итог — о крупном краудфандинге пишут СМИ. Компании, провернувшие такие схемы, хорошо зарабатывают: «хайп» работает.  Первыми бэкерами оказываются  500-1000 купленных пользователей, вторая волна —  новые покупатели, реальные люди. «За руку» никого не ловили, но это распространенная практика, о действенности которой я слышал не раз от организаторов кампаний. Проблема в том, что в ряду  таких кампаний  на Kickstarter мелким разработчикам и небольшим предпринимателям делать нечего: их  проекты остаются незамеченными, без серьезных инвестиций в пиар и закупку интернет-трафика они не соберут ровным счетом ничего. Исключения, безусловно, есть. У самых ярких и необычных кампаний на Kickstarter  по-прежнему есть шанс. Но, увы, мы говорим лишь о достаточно небольшом проценте проектов.

    По собственной статистике Kickstarter, платформа за все время работы (около девяти лет) помогла привлечь более $3 млрд, более 13 млн человек поддержали хотя бы одну кампанию. Много это или мало? Смотря с чем сравнивать. Сравнение с рынком ICO (он просто «пухнет», если опираться на данные, приведенные выше), пожалуй, покажет, что рынок «традиционного» краудфадинга развивается не такими уж бешеными темпами. Но главное, на Kickstarter, к тому же, падает доля  завершенных успешно проектов.   В 2016 году достигли поставленной цели  более 18 800 проектов,  в 2015 году этот показатель составил более 22 000. В среднем, по моим подсчетам, доля успешных проектов в 2012-2014 гг в  среднем на площадке составляла  40-45%. Сегодня в отдельных категориях проектов процент успешных приближается к 20%. Статистика выглядит чуть лучше, если посмотреть статистику лишь по кампаниям с запрашиваемым объемом финансирования в менее  $10 000 (а их — 68,5% от общего числа среди успешных, если взять официальную статистику Kickstarter). Но раз лучше выглядит их статистика, значит, статистика крупных проектов выглядит еще хуже на общем фоне, то есть показатели «взрослых» кампаний улучшаются за счет мелких (детальнее со статистикой KickStarter — в блоге автора — Forbes).

    Что дальше?

    Напоследок, я бы хотел дать прогноз на ближайшее будущее о том, что будет с краудфандингом, и о том, что ждет ICO. Сразу скажу, что это лишь мое мнение, которое может оказаться ошибочным. Не стоит строить бизнес-стратегию. Инвестиции в проекты, вышедшие на Kickstarter, как и инвестиции в ICO-кампании, всегда связаны с работой на собственный страх и риск, в этом нужно отдавать себе отчет.

    На мой взгляд, ситуация с краудфандингом будет ухудшаться и дальше. Конечно, краудфандинг как явление не умрет. Но Kickstarter все больше будет работать по модели «магазина» — инструментом предпродажи, а также пиара, но не площадки для «взлета» новых ярких идей. Исключением станут те самые мелкие (до $10 000) кампании. Думаю, также активно продолжат привлекать финансирование проекты в нишах, которые не интересны большим игрокам, — искусство, музыка, литература и т.д. Игры, дизайн, технологии — эти категории будут все больше и больше наполняться проектами сугубо коммерческих игроков, они будут все менее интересны публике — ведь сообщество энтузиастов (в первую очередь бэкеров) вокруг Kickstarter не хочет участвовать в «хайпах» и финансировать  бизнесы, развивающиеся и за счет других источников доходов.    Раньше у  Kickstarter были совсем другие цели, другие идеалы — и именно из-за них сообщество поддержало платформу. Из-за конкуренции стартапов, компаний среднего масштаба здесь  будет все меньше.  Если краудфандинговые площадки не предпримут каких-либо мер  для борьбы с приходом крупного бизнеса (а тренд очевиден),  количество запускаемых кампаний продолжит идти вниз. Да, в какой-то момент падение остановится, но это будет «касание дна». В краудфандинге продолжит теплиться жизнь, но это будет лишь голодающая тень былой славы.

    Напротив, на рынке ICO мы, скорее всего, увидим активный рост.  Рынку ICO предстоит наступить все те же грабли, что  и рынку краудфандинга,  но только «удары рукоятки» окажутся куда больнее.  Информационного шума вокруг подобных ошибок будет куда больше. Разорившаяся компания, потерявшая $10 млн (как в случае с краудфандингом),  — это явление совсем иного масштаба,  чем  падение компании, привлекшей  $150 млн (такие суммы, как мы видим, вполне реальны в ходе ICO).  Безусловно, нужно отдавать себе отчет о том, что сегодня вокруг ICO — мощнейший «хайп»: люди зачастую не смотрят, во что они вкладывают деньги, главное  — успеть вложить.   Инвесторы, поддержавшие проект в ходе ICO, зачастую не смотрят на его содержание: нужно подождать несколько месяцев, «сбросить» — и вложиться в новое ICO.   Как долго это может продолжаться? На мой взгляд, до тех пор, пока не начнется потрясающий «фейерверк» из лопающихся  в виртуальном мире ICO-«пузырей», создатели которых   не  просто не справились с обещаниями —  они изначально  не планировали их выполнять. Дальше будет то же самое: тысячи статей о том, что ICO — это очень опасно,  о том, как кто-то потерял очередные $50 млн, как авторы того или иного проекта оказались мошенниками. Все те, кто купил криптовалюты «вдогонку» (после того, как их «скинули» первоначальные покупатели), окажутся «в минусе». Доверие покупателей к ICO сильно упадет. «Хайп» превратится в «антихайп». Это будет очень интересное время. Увы, серия разочарований в проектах, вышедших на ICO,   скажется на всех участниках рынка, в том числе и на добропорядочных авторах действительно качественных и перспективных проектов.

    По моей оценке, эти печальные события начнут происходить примерно через год. Именно столько требуется обычно сообществу на осознание и принятие того факта, что продукта не будет, деньги потеряны. Дольше, чем год,  недобросовестные авторы «водить за нос» жертв не смогут. Еще через год-полтора ситуация нормализуется. В отличие от рынка краудфандинга, где Kickstarter  пока сильно доминирует и задает «правила игры» для рынка,   рынок ICO более  динамичен (его демократичность связана как раз с его открытостью, обусловленной самой философией блокчейн-технологий, а также с доступностью для инвесторов в любой точке планеты). Поэтому после «пузырькового криптокатаклизма» рынок ICO выживет и сможет подстроиться под новые реалии. Полагаю, что рынок будет выглядеть так: компании, не имеющие рабочего продукта, за крайне редким исключением, не смогут использовать ICO как способ привлечения финансирования, — недоверие ставших осторожными пользователей будет слишком велико. Криптовалюты большинства ICO компаний станут никому не нужными. Востребованы и ценны будут те криптовалюты, которые будут выполнять какую-то крайне полезную функцию, или те криптовалюты, которым удалось стать ликвидными и распространенными. Очередная криптовалюта, торгующаяся на биржах, скорее всего, не будет иметь ровно никакой ценности даже для спекулянтов. Большинство криптовалют компаний, вышедших на ICO сейчас, не найдут никакого иного применения, уйдут «в ноль», захватив с собой тех, кто купил их последним. Редкие исключения, конечно, будут — проекты, чьи криптовалюты подкреплены чем-то в реальном мире (работающая ИТ-платформа или, например, физически выпускаемые на заводе продукты). Только если связка с реальным миром влияет на стоимость криптовалюты, проекты продолжат развиваться.  Кстати, именно  поэтому большие фонды сегодня, несмотря на «хайп», вкладываются в новые криптовалюты. Их логика такова: 20 криптовалют прогорит, но одна из них «выстрелит» (и именно она  многократно окупит потери от всех неудачных вложений). В целом, на мой взгляд, ICO станет инструментом для привлечения средств для тех компаний,которые уже заработали репутацию. К неизвестным игрокам, впервые заявляющим о себе, доверие окажется недостаточным. В конечном итоге, количество проектов  и «хайп» на рынке ICO сменятся качеством и аккуратностью. Возможно, появится регулирование для проведения ICO кампаний, но, думаю, останутся и абсолютно свободные юрисдикции.

    Сегодня нередко можно услышать от энтузиастов блокчейн-сообщества, что «ICO заменит краудфандинг». Мой прогноз: не заменит. Просто потому, что ICO и краудфандинг — совершенно разные подходы, разные принципы. У аудитории краудфандинговых инициатив и ICO-проектов сильно отличаются:  покупатели криптовалют в ходе ICO  стремятся заработать денег, в бэкеры краудфандинговых площадок поддерживают интересные им кампании ради получения продукта. Отличается и мотивация авторов проектов. Те, кто запускают ICO, в основном, разрабатывают технологические проекты. Да, они развивают «продукты» — но не «продукты» в том смысле, в котором   их трактуют бэкеры. Авторы, создающие краудфандинговые кампании, не могут предложить аудитории, участвующей в ICO, криптовалюту, именно из-за специфики их «продуктов». Например,  как может быть связано изготовление, «электронно-деревянного кларнета ручной работы с педальной тягой» (пример вымышленный, но иллюстративный с точки зрения уникальности необычных проектов, появляющихся на краудфандинговых платформах), с выпуском криптовалюты? Аудитория проектов на Kickstarter привыкла платить евро и долларах, ее бросает в дрожь при одном только слове «криптовалюта» или «биткоин-кошелек». Тем, кто поддерживает ICO, наоборот, становится  плохо от одной только мысли о пользовании  фиатными валютами «прошлого века». Словом, думаю,  никакого боя  в ближайшем будущем не будет — нечего делить.

    Изменится ли что-то в более долгосрочной перспективе? Очевидно, мир переходит на блокчейн уже сейчас (хотя, возможно, для кого-то этот тренд пока не слишком заметен).  Множество разговоров о том, что любые блокчейн-проекты — «пузыри»,   что  «биткоин надо продавать, пока он стоит $1». Но с точки зрения проникновения в реальную экономику блокчейн, безусловно,  имеет огромный потенциал. Нас ждет создание единой информационной среды, которая сможет собрать представителей всех целевых аудиторий, а также  структурирует и нормализует проведение ICO-кампаний на всех этапах, а также сделает проведение краудфандинговых кампаний таким же простым и общедоступным, как и проведение ICO.

    Источник

  • Новый центр прототипирования высокой сложности МИСиС

    By iVenturer on Вторник Июнь 27th, 2017
    0
    2

    В прошлом дизайнер Citroen и Toyota, Владимир Пирожков вернулся в Россию по приглашению Германа Грефа 10 лет назад. Куратор направления «Транспорт» в рамках «Дней промышленного дизайна в Сколково» — один из самых медийных представителей российского промдизайна. В портфолио его бюро «МИСиС-Кинетика», созданном 10 лет назад, — проект космического корабля, факел Олимпийских игр, но основная работа — Инжиниринговый центр прототипирования высокой сложности в МИСиС.

    Вы уже довольно давно анонсировали центр создания прототипов на базе Московского института стали и сплавов, на каком вы сейчас этапе?

    Уже полгода, как открыты и работаем, но пока широко это не анонсируем. Официальное название — Инжиниринговый центр прототипирования высокой сложности НИТУ МИСиС «Кинетика», это на Октябрьской, на территории института, в основном под землей. Представьте волшебную палочку, только в виде завода, — мы можем работать в любых материалах, создавая прототипы размером от микрона до небольшого вертолета.

    С командой мы создаем инфраструктуру для внедрения промышленного дизайна в производство, а не просто экспозиции красивых картинок, которые могли бы быть реализованы лет через 20. Мы можем создать первый опытный образец в тех материалах, в которых он задуман, это настоящий функциональный прототип, который работает и готов к постановке на производство. Время — от полутора до пяти месяцев, в зависимости от сложности продукта. Заводам и предприятиям как результат мы даем цифровой файл с понятным им языком, с учетом их машинного парка. Мы подстраиваем продукт под возможности их производства — это тоже ускоряет процесс.

    Здесь же мы достраиваем образовательный центр. «Школа инженеров будущего» — проект для детей от 6 до 12 лет. Она будет работать в формате технологических кружков «Юный техник» и фаблаба.

    Осенью запускаем прикладную магистратуру при МИСиС, так называемый «Технологический спецназ» для выпускников-бакалавров ведущих технологических вузов в партнерстве с MIT (USA) и RWTH Aachen University. Я очень жду момента, когда смогу немного помечтать с этими инженерами и зайти в проектах дальше, чем вопросы импортозамещения, подумать в сторону гравитации, машины времени, заглянуть в фантастическое.

    Какие рабочие проекты у вас есть на данный момент?

    Мы сделали концепт-макет «Федерация», полноразмерный макет космического корабля. Он проходит предварительные эргономические испытания в Ракетно-космической корпорации «Энергия» в городе Королев, мы его выполнили по их чертежам и цифровым файлам. Вместе с конструкторами и инженерами «Энергии» мы создавали внутреннюю конфигурацию корабля, в которой наши космонавты будут в последующие 50 лет штурмовать далекий космос. В итоговом виде этот проект будет представлен и, возможно, полетит в 2023 году.

    Значительная часть нашей работы связана с безопасностью и военными проектами, о них мы не говорим.

    Также у нас есть совместный продукт с компанией NeuroTrend http://neurotrend.ru/ по созданию прибора для помощи постинсультным больным. Фактически это похоже на алгоритм по чтению мысли, мы сейчас работаем над внешним видом и функциональностью устройства, чтобы оно было глобально конкурентоспособно. Это медицинский прибор, который облегчит жизнь многим людям, позволив больным общаться между собой, с доктором и медицинским персоналом.

    Есть еще проект инновационного двигателя, состоящего всего из 5 частей. Он напечатан из титана, и это новая система силовых установок, которую мы еще будем исследовать и испытывать.

    Государство — ваш основной заказчик?

    Госконтракты — это около 70% нашей работы. Это достаточно сложный системный механизм, нужно пройти тендеры и решить серьезные юридические вопросы, но это реализуемо. Для нас важно работать с большими заводами, хоть они сложны в обслуживании и управлении, но так как частный бизнес занимает совсем малую долю российского рынка, то госконтракты на данный момент — серьезные возможности для любых бюро и компании.

    У страны не так много инновационных проектов, как бы нам этого хотелось и как заявляется. У нас ограниченное количество продуктов, которые устремлены в будущее, ими занимаются обычно сами предприятия. Ракетно-космическая корпорация «Энергия» создает новый космический корабль или посадочный модуль для Луны, кто еще, кроме них, может сделать такие вещи? Соответственно, мы можем создавать для них прототипы, ускорять процесс перехода объекта из виртуального мира в реальный.

    Понятно, что сейчас в России идет большая стройка, нужно провести реновацию Москвы. К этому мы уже пристрастились, в стране есть много организаций, которые строят дома, — хорошо или плохо, но они их строят. А вот гиперболоид инженера Гарина мы создать не всегда можем, как любой новый продукт. Было бы правильным смотреть немного в будущее, а не в прошлое, поэтому мы стараемся быть функциональной единицей для тех корпораций, которые работают в этом направлении, а их не так много.

    Объективно у нас есть определенное количество изделий, которые вводятся в эксплуатацию, как, например, тренажер пилотов для самолета МС-21, созданный совместно с компанией «Динамика», или окраска самолета «Сухой Суперджет», ранняя стадия дизайна вертолета Ка-62, но это на самом деле разработки, которые были сделаны достаточно давно. Если мы говорим о революционных, инновационных вещах — ни у кого нет таких технологий. Мы хотим работать с антигравитацией, машиной времени, перемещениями в пространстве, передачей мысли на расстояние, но нет заказчика. Это нормально. Люди слабо представляют будущее. Поэтому мы инициируем какие-то проекты в этом направлении.

    Вам интересно в России? Был момент, когда вы стали рок-звездой и при слове «промдизайн» первой всегда упоминалась ваша фамилия.

    Такого ощущения у меня нет. Большого количества заказчиков у нас нет, и денег на инновации в стране не много. Колоссальные инвестиции в инновационную инфраструктуру в той же Америке — это 485 миллиардов долларов в год, если я не ошибаюсь, эти деньги уходят на НИОКР — научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы. В 2015 году в России эта цифра составляла 29 миллиардов долларов. И не факт, что все на это пошли. 485 и 29 — это гигантская разница, поэтому мы не имеем права ошибаться. Два или три раза переделывать самолет для нас будет слишком дорого, мы должны стараться делать с первого раза, но это не всегда получается. И это обычная практика.

    Слово «промдизайн» происходит от слова «промышленность», оно ключевое в понимании нашей работы. Все остальное, что мы подразумеваем под дизайном, — ландшафт, интерьер, не так завязано на производстве, а в нашем случае это основное. Промышленность понимает определенный язык — чертежей и цифровых файлов, очень многие заводы в России к этому пока не готовы, переходят на этот формат медленно. То, что произошло на Западе в технологиях и производстве 30 лет назад, только сейчас происходит в России.

    «Импортозамещение» — сейчас очень модный термин, всем оно нужно, но нужно делать это очень осторожно. Если страна начинает работать над отечественными продуктами, то всегда нужно понимать, что им нужна определенная испытательная база. За границей их тестировали 20-30 лет назад и улучшали постепенно, а мы многое начинаем делать с нуля, соответственно, должны более тщательно относиться к запуску. С моим бюро мы ищем альтернативные пути, если хотите, инновационные, создавать продукты, релевантные россиянам и российскому бизнесу, у которого не так много денег, как, например, у США, Люксембурга или Саудовской Аравии.

    Центр прототипирования на какие деньги построен? И как он устроен?

    Это государственное финансирование, он создан по инициативе Дмитрия Ливанова, бывшего министра образования, и Дениса Мантурова, министра промышленности и торговли, при поддержке Дмитрия Медведева.

    Школа «Технологический спецназ» — это верхняя часть айсберга, все остальное — под землей, гораздо больше, чем можно представить. Оборудование, которое здесь есть, — уникально, это высокие технологии, которые стоят колоссальных средств. С нами работают высококвалифицированные опытные операторы и инженеры.

    В рамках Дней промышленного дизайна в Сколково я буду делать презентацию про центр, для российского промдизайна — это главное событие последних лет. Колоссальный масштаб, уникальнейший инструмент создания прототипов высокой сложности — таких в мире мало. Мы заходим на территорию, где только нам известно, как продукт и технология будут себя вести. Здесь уже можно говорить о создании мировых стандартов, поэтому мы ищем партнеров и проекты, которые ставят цели большие, чем импортозамещение.

    Есть ли возможность стать частью вашей команды?

    Тот штат, что нам был нужен, уже набран, но всегда есть возможность проходить здесь стажировку. Если мы понимаем, что человек нам интересен и нужен в текущих проектах, то мы найдем возможность его занять. Один-два студента из разных университетов работают в центре постоянно, сейчас будет студент из Строгановки проходить практику, также студент-архитектор из Волгограда. Я также планирую пригласить студента-медика — попробовать печать живых организмов. В центре заложена медицинская лаборатория, которая позволит создавать новые формы жизни. Это полумедицинская, полуинженерная история, над которой еще надо работать под руководством опытного ученого с мировым именем.

    Мы не делаем массового студенческого забега, мы еще официально не открылись, пока присматриваемся, но та школа, которую мы строим, через год уже будет работать, и мы будем набирать стажеров — наш «технологический спецназ». Мне бы очень хотелось с выпускниками и молодыми инженерами Бауманки, Физтеха, МИФИ поработать, помечтать о новых физических принципах и новых продуктах, которые могли бы дать нашей стране прорыв в будущее, создавать новые принципы и алгоритмы — это больше, чем просто промышленный дизайн.

    Источник

Закрыть
Зарегистрироваться
Account Details
*
*
Надежность пароля
Profile Details
Upload a profile picture
Social Profiles